НОВОСТИ ИСТОРИИ АНТИСТРЕСС
Добавить ▾
2018-09-18 И я снова делаю с ребенком уроки
Истории Дети

И я снова делаю с ребенком уроки

2651   18.09.2018   Источник
Помогать ли с уроками? Кто самостоятельнее, мальчики или девочки? Поколение 90-х или нулевых? Мама четвертого школьника в семье делится своим опытом соучастия в школьной жизни ребенка.

— Ты сделала уроки?
— Да.
— Точно?
— Точно.
— И обществознание?
— Ой, про обществознание забыла…
— И английский?
— А нам не задали.
— Как не задали? Вот, вижу в электронном дневнике задание.
— Ой, извини, я не знала.
— А математику покажи-ка? Тут же ничего не дописано! На второй задаче силы, что ли, кончились?
— Я просто не поняла, как тут решаааать….

Знакомо? Думаю, у тех читательниц, которые мамы школьников, глаз начал дергаться уже с первых слов моего текста.

Почему мы делаем уроки с детьми? Мы прочитали десяток статей о том, что так не надо. Что нужно прививать им ответственность, а пока мы проверяем уроки, это недостижимо. «Не сделал уроки? Пусть получит свою честную двойку, это его выбор», — авторитетно пишут психологи в своих блогах. Я киваю, читая, — какие молодцы! Правильно! И целую неделю не проверяю уроки. Обнаруживая позже две двойки в журнале, две в тетради и замечание в дневнике от «русички».

Установка «не делайте уроки с детьми» действительно правильная и, что важно, изобретенная не сегодня. В советское время это просто никому в голову не приходило. Со мной уроки, к примеру, не делали. Не делали и с сестрой. Наши занятые родители вообще не вникали в учебный процесс. «Мама, почему ты не спрашиваешь, что я получила?» — «Ну, хорошо, что ты получила, Аня?» — «Пятерку по математике и четверку по истории» — «Молодец, я же знаю, что у тебя все хорошо». Вот и весь разговор.

Более того, я и со своей старшей дочкой не делала уроки. После первого полугодия первого класса я сообщила ей, что она уже большая, к школе привыкла, и я больше не буду проверять у нее задания и то, как она сложила портфель. После этого я неделю тихонько, пока она спала, все-таки проверяла — и задания, и портфель. Убедившись, что все более-менее в порядке, я забыла про учебу до ее окончания школы. То есть, конечно, я всем интересовалась, помогала по запросу, ходила на родительские собрания и даже была в родительском комитете один год. Но уроки у нее я больше никогда не проверяла.

Помню, как меня раздражало, когда я звонила подруге и она, быстро проговорив новости, бросала мне: «Все, извини, мне с Сережей надо уроки делать». Сережа в 6-м классе, — думала я. Какой ужас! Кого она вырастит, что за инфантилизм!

Следующим по счету школьником у меня был мальчик — прекрасный умный наш сын, прочитывающий в начале учебного года весь учебник, «потому что интересно», и далее особо к нему не возвращающийся. Сын, который еженедельно забывал в школе то телефон, то тетрадь, то сменку, то физкультурную форму, то что-то еще. Сын, к учебе которого с пятого класса у учителей возникли большие вопросы. Как-то, уже классе в седьмом, ему даже поставили «н/а» в четверти по обществознанию, учительница вызвала меня в школу. Первые минут 15 мне рассказывали, какой умный, начитанный и с широким кругозором у меня ребенок. «Тогда почему не аттестован?» — резонно удивилась я. И мне еще 15 минут объясняли, что знания надо систематизировать, рабочие тетради заполнять, на уроках слушать и домашние задания хоть иногда готовить.

В общем, как вы уже поняли, всю среднюю школу я контролировала домашки сына, сидела с ним над математикой, напоминала, проверяла… Сына подруги Сережу теперь я вспоминала с покаянным чувством.

В ту пору я сделала вывод, что «у мальчиков всегда так, а девочки другие». И искренне верила в него… пока в школу не пошла моя средняя дочь.

Наша средняя дочь и внешне, и по интересам, и по «замашкам» очень похожа на своего старшего брата. Возможно, потому что он довольно много времени уделял ей в детстве. «Я взрастил ее!» — гордо говорит он периодически. Она тоже увлекается баскетболом, так же рассеянна, и ее так же интересует очень многое — но только не то, что задано по программе. Прибавим к этому, что у нее уже — в силу принадлежности к «другому поколению», которое увлечено гаджетами и хуже умеет концентрироваться, — гораздо меньше тяга к чтению. Да и уровень IQ у брата, откровенно говоря, несколько выше. Я искренне хотела с ней пойти «по плану» старшей сестры — опыт, что «так можно», теперь был подкреплен многочисленными статьями по популярной возрастной психологии о том, что «так надо». Мы даже проводили с ней эксперименты: одну четверть я проверяла уроки, вторую — нет. Результаты, на самом деле, были примерно одинаковыми, но в конце третьей четверти обнаружилось, что у ребенка выпали целые пласты знаний по некоторым предметам, и «вылезать» это стало к концу учебного года. Сейчас я стараюсь балансировать на границе между «это твоя ответственность, делай сама, я тебе доверяю» и «давай все-таки разберемся, почему у тебя снова “три” по контрольной по математике, открывай-ка домашку».

Поскольку средняя переплюнула в безалаберности даже своего старшего брата, я уже почти совсем точно сделала вывод, что «то поколение» (мои старшие дети родились в 90-х) несравнимо самостоятельнее поколения нынешних школьников, рожденных в 2000-х. Что, кстати, хором подтверждают старые учителя: «Дети сейчас совсем другие. Вот, помню, мы раньше вообще таблицу умножения не учили, просто дети как-то сами постепенно ее запоминали. Сейчас же задаешь на лето после первого класса, но и даже в шестом ее знают плохо». Но я снова ошиблась: в школу пошла моя младшая дочь…

Возможно, потому что я совсем спокойно стала относиться к школе («отличников» наша семья так и не рождает, колокольчиком на плече у выпускника никто не тряс, да и на банальных утренниках мои дети всегда стоят в 4-м ряду, так чего уж тут через себя перепрыгивать — сама-то я знаю, что они у меня гениальные и талантливые), а может, потому что мне некогда — и работы стало больше, и детей, и свои потребности стали для меня важнее, — но я явственно ощущаю, что младшая снова вполне способна делать уроки сама. Да, не с середины первого класса, но с его конца я уроки у нее не проверяю. И сейчас, в начале второго — тоже нет. Посмотрим, как сложится на этот раз.

Какой итог, спросите вы? Основное правило: правил нет. И то, что подходит для детей продвинутого психолога, может не подходить вам. Бывают дети с особенностями — и даже не подтвержденные диагнозом, а просто. Бывают дети, которым не хватает общения с мамой, и они таким образом это компенсируют. Бывают дети, плотно витающие в облаках, — так почему бы не напоминать им иногда спускаться на землю и фокусироваться на определенных вещах (например, для меня, взрослой тети, такую функцию исполняет заботливый муж). И бывают дети, которые — при всем видимом «пофигизме» по отношению к оценкам, — на самом деле сильно из-за них переживают.

Не секрет, что те времена, когда дразнили «ботаником», а двоечники считались крутыми парнями, остались позади. Сейчас дети, которые учатся хорошо, пользуются большим уважением в классе, а те, кто не вылезает из «трояков» и «пар», — негласно считаются неудачниками. Если они, конечно, не придумали себе какого-то мощного альтернативного кредо.

В общем, когда вашему ребенку трудно и плохо, — помогайте ему с уроками, да. Только не зацикливайтесь на этом, умоляю! Если ваше участие в его школьных делах будет сильно разбавлено вашей же насыщенной профессиональной и личной жизнью, всем от этого будет только лучше.

Автор: Анна Ершова

воспитание   школа  

Рекомендуем

Что вы об этом думаете?

Новости

На главной

Новое

Антистресс